О проекте
Нас блокируют. Что делать?

Зарегистрироваться | Войти через:

Политзеки | Свобода слова | Акции протеста | Победобесие
Читайте нас:
На основном сайте Граней: http://graniru.org/Politics/Russia/Politzeki/m.267463.html

статья И быстрой ножкой бьет

Дарья Костромина, 05.02.2018
Дмитрий Борисов в суде. Фото Дмитрия Борко/Грани.Ру
Дмитрий Борисов в суде. Фото Дмитрия Борко/Грани.Ру
Реклама

На процессе Дмитрия Борисова закончено представление доказательств, допрошены все свидетели и сам политзек. До конца месяца ожидается приговор. Активисту, который защищал товарища от жесткого задержания на прошлогодней антикоррупционной акции 26 марта в Москве, грозит до пяти лет колонии по 318-й статье. Борисова обвиняют в нападении на полицейского 2-го оперполка столичного УМВД Илью Ерохина. Когда Борисова за руки и за ноги несли в автозак, он якобы вырвал ногу и ударил Ерохина ногой в шлем. Вину политзек не признал.

В понедельник на нашей странице в Фейсбуке мы вели репортаж с заседания в Тверском райсуде Москвы.

Заседание задерживается на 2 часа 40 минут. Запустили в зал. Борисова пришли поддержать порядка 30 человек. Сегодня выступят два последних свидетеля защиты. Первая свидетельница - Александра Пинтелина.

Александра Пинтелина в составе ОГОН (Объединенная группа общественного наблюдения) была на "Антидимоне" 26 марта. Она делала видеозапись и передала еe адвокату Илье Новикову. Пинтелина не может точно вспомнить, видела ли она лично Борисова, однако на записи этот момент отражен.
- В целом как полиция работала 26 марта?
- В этот день было множество задержаний, не всегда обоснованных. Были скрыты нагрудные знаки, невозможно понять, кто задерживал. Оттеснив к Страстному бульвару, полицейские стали выдергивать отдельных людей из толпы, хотя там уже никто не скандировал лозунгов. Задержания производились, на мой взгляд, жестко, с необоснованным применением силы и спецсредств.

Свидетель Александр Мацкевич. Он был 26 марта на Страстном бульваре.
- Были объявлены гуляния по поводу видеоролика Навального про коррупцию в верхах власти. Я участвовал в этом мероприятии. Я видел неоднократные задержания. Евгения Антохина я знаю в лицо. Антохин стоял на Страстном, снимал на телефон, к нему неожиданно подбежали полицейские, начали скручивать, повалили на асфальт. Сзади появился другой человек, потом я узнал, что это Борисов, их обоих повалили на асфальт, наносили удары, выкручивали руки. Это была безобразная сцена устрашения всех окружающих, ничем не спровоцированная этими молодыми людьми. Действия полицейских были зверскими. Антохин и Борисов просто скрючились и не сопротивлялись.


- Кто-то что-то кричал?
- Полицейские.
- А что они кричали?
- Не очень понятно. Эти крики носили устрашающий характер. Потом Антохина и Борисова понесли к автозаку.
- Вы видели, чтобы Борисов кого-то ударил?
- Нет.
Судья Гордеев: Допрос свидетеля завершен.
Мацкевич: Можно я выскажу свое мнение?
Гордеев: Нет, вы можете только отвечать в рамках допроса.

Адвокат Илья Новиков просит исследовать ряд процессуальных доказательств. Среди них как рапорты других полицейских, "потерпевших" 26 марта, так и документы, разрешавшие обыск у Борисова, рапорт об этом обыске и другие материалы дела.

Илья Новиков: Поскольку мы допросили уже всех свидетелей, то просим изменить Борисову меру пресечения. Ведь ранее арест обосновывали тем, что Борисов может надавить на свидетелей.

Прокурор Лариса Сергуняева: Основания, которые послужили избранию меры пресечения, ее дальнейшему продлению, не отпали.

Дмитрий Гордеев ушел подумать в совещательную комнату.

Какая интрига. Судья Гордеев всё думает, не пора ли отпустить Дмитрия Борисова из-под ареста (нет, просто нужно оформить отказное определение).

Оформил. Не надо, говорит, отпускать Борисова. Необходимость в аресте не отпала.

Начинается допрос Борисова.

Новиков: Где вы были перед задержанием?
Борисов: Я находился на Страстном бульваре, там было много людей и много полицейских, ничего не происходило.
- Расскажите в свободной форме, что привело к вашему задержанию.
- Начали задерживать моего друга Антохина Евгения, совершенно неоправданно, потому что Женя просто стоял и снимал зверские дикие задержания на камеру мобильного. Он снимал для своей правозащитной деятельности, чтобы потом помогать задержанным. К нему просто подошли люди в форме, взяли его за руки и потащили. Женя ничего не кричал.
Меня это возмутило. Не знаю, как другие, но я не считаю возможным просто взять и похитить человека среди бела дня. Когда подходят люди, возможно, бандиты в форме и тащат в неизвестном направлении. Я обнял Женю крепко и притянул к себе, чтобы не дать его похитить. Подбежали пятеро людей в форме, повалили нас на асфальт. После этого меня немножко попинали. Я чувствовал боль в пояснице, ногах, паху. И затем четверо подхватили меня за ноги, за руки. Еще пятый за что-то там схватил... не знаю, что ему досталось (смеется), и потащили куда-то. Меня несли, крепко сжав левую и правую ноги, задрав их выше голоы, я видел небо и больше ничего. Периодически были пинки, тычки по всем областям тела.
Новиков: Вам говорили что?
- Знаете, я помню грубую брань. Я пытался встать на ноги, потоому что дискомфортное было совершенно положение.
- А вы что-то полицейским говорили?
- Да нет, ничего не говорил. Потом немножко опомнился и сказал: дайте на ноги встать, я сам пойду. Только где-то метров за 5 до автозака меня поставили на ноги.
- Вы наносили потерпевшему Ерохину удары?
- Нет, я понимаю, что это глупо и бессмысленно против пятерых омоновцев что-то наносить. Я следил за Болотным делом и знал, что за каждый чих в сторону полицейского можно сесть. И вообще это было сложно осуществимо, когда на каждую конечность приходится по крепкому молодцу.
- Вы пытались двигать руками и ногами?
- Да. Я хотел встать.
- Можете объяснить то движение вашей ноги, которое обвинение считает ударом? Два движения.
- Я думаю, ребята немножко выдохлись и держали мои конечности не очень крепко. В тот момент, когда я пытался встать, Ерохин сплоховал, нога вырвалась, и случайно получился взмах.
- Вы видели лицо Ерохина?
- Нет, это же происходит очень быстро и агрессивно. Отношение как к скоту.

- Вы помните, кто вам наносил удары?
- Конкретно нет. С правой стороны кто-то бил по ноге.
- Вам было больно?
- Конечно.
- Вы пытались закрыться или увернуться?
- Это не получалось сделать в таком положении... У автозака меня поставили, кто-то из сотрудников вытянул мои руки вверх, поставил лицом к автозаку, ноги поставили на ширине плеч.
- У вас что-нибудь нашли при досмотре, забрали?
- Нет. Дальше я зашел в автозак, через некоторое время нас повезли в ОВД "Ярославское".
- Кто-то из той группы, что вас переносила, поехал с вами в автозаке?
- Нет, с нами поехали другие сотрудники.

- Вам говорили, когда сажали в автозак, что вы применили силу и понесете ответственность?
- Нет, я и силу не применял.
- С марта по июнь происходили у вас какие-то события, связанные с этим митингом?
- Нет, ничего.
- Расскажите, как вы были задержаны 8 июня.
- В 8 часов утра услышал шум, собака у нас во дворе. Пес начал лаять. Мама сказала, что там полиция, я посмотрел в окно: действительно, сотрудники полиции и очень много, человек 15, наверное, приехали. Ну я понял, что эти люди приехали вершить какие-то темные дела. Я много слышал о подобных делах. Они окружили участок. Мама открыла дверь. Я поспешил залезть на чердак с телефоном, чтобы предупредить друзей, что меня задерживают. Чтобы они поддержку оказали, приехали. Сколько я читал о подобных мероприятиях, очень неприятные происшествия сопутствуют обыскам. Мне хотелось, чтобы больше было свидетелей, меньше беспредела. Потом полицейские уже забрались за мной на чердак, надели наручники. Следователь Уранов сказал, что у меня обыск проводится в связи с событиями 26 марта. Обыскивали весь дом, не знаю, что искали.
Я запомнил еще следователя Северилова и Табакова.
Новиков: Вы видели человека по фамилии Габдуллин?
- Нет, человека по имени Габдуллин я не видел. Хотел бы увидеть.

Адвокат Николай Фомин: Когда вы забрались на чердак, вы пытались скрыться от полиции или оказать сопротивление?
- Нет, скрыться я не пытался, их же было 15. Там на чердаке нет окон, никаких проемов, из которых можно было бы выбраться.
Повторюсь, я никого не бил. Я пытался помочь другу, которого сотрудники полиции, как они любят, потащили, как скот, как овцу.
Новиков: У вас была возможность ударить полицейских, когда вас поставили на землю?
- Конечно.
- Почему вы этого не сделали?
- У меня не было таких намерений.

Прокурор Сергуняева: Как вы относитесь к показаниям свидетелей и потерпевших, которые утверждают, что вы наносили удары?
Адвокаты: Пожалуйста, конкретизируйте, кто конкретно утверждал.
Прокурор: Давайте остановимся только на потерпевшем Ерохине.
Борисов: Я не знаю, почему Ерохин дал показания, что я его куда-то ударил.
Прокурор: Вы полагаете, что Ерохин вас оговаривает?
Борисов: Ну наверное да.
- А какая причина? Знакомы не были, никто никому ничего не должен.
- Была, наверное, какая-то причина, которая заставила его поехать к следователю в свой день рождения. Но я не знаю, что это за причина.

Судебное следствие окончено. Прения должны состояться 20 февраля в 14:00.

Дарья Костромина, 05.02.2018


новость Новости по теме
Фото и Видео

Реклама



Выбор читателей